На своем заседании 25 декабря 2002 г., коллегия Верховного суда РФ под
председательством судьи
В среду, 25 декабря 2002 г. Верховный суд РФ рассмотрит протест защиты Игоря Сутягина, в котором оспаривается законность его содержания под стражей. Протест защиты был подан в поддержку более раннего протеста, в котором защита настаивала на том, что в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом, ФСБ обязана предоставить доказательства необходимости содержания под стражей если она настаивает на выборе именно этой меры пресечения. ФСБ отказывалась предоставить такие доказательства, ссылаясь на то, что тяжесть обвинения сама по себе служит достаточным обоснованием для содержания под стражей.
В октябре 2002 г. Верховный суд постановил, что такая позиция не соответствует закону и потребовал от обвинения представить необходимые доказательства. В ответ на это требование ФСБ представила документ, который представляет собой справку калужской ФСБ, в которой утверждается, что она якобы располагает сведениями о том, что у Сутягина существует некая «открытая виза в посольстве Италии». Защита настаивает на том, что даже если отвлечься от очевидно фальшивого характера утвержения об «открытой визе», эта справка не может иметь юридической силы, так как она представлена без соблюдения оговоренных в УПК требований.
В последние несколько дней состоялась серия судебных заседаний, в ходе которых рассматривался вопрос о правомерности содержания в заключении Игоря Сутягина, сотрудника Института США и Канады, обвиняемого ФСБ в государственной измене. Игорь Сутягин находится в заключении почти три года--с момента ареста, произведенного ФСБ 27 октября 1999 г.
2 октября Верховный суд РФ признал незаконным решение Мосгорсуда об обоснованности содержания Сутягина под стражей на стадии предварительного следствия (т. е. до 8 октября). Совершенно неожиданно для защиты (но, следует заметить, не для обвинения), на следующий же день, 3 октября, Мосгорсуд пересмотрел свое решение, признанное незаконным накануне, но оставил меру пресечения без изменения.
По мнению обвинения и суда, Сутягин в случае освобождения под подписку о невыезде скроется из России, воспользовавшись «имеющейся у него открытой визой в Италию». Такое утверждение абсолютно абсурдно, так как виза, о которой идет речь, была получена Игорем Сутягиным незадолго до его ареста в октябре 1999 г. и срок ее действия составлял всего лишь две недели. Никаких других доказательств обоснованности выбора меры пресечения обвинение не представило, а суд не потребовал. Защита Игоря Сутягина намерена вновь опротестовать решение Мосгорсуда.
После окончания этого заседания, в Мосгорсуде состоялось еще одно заседание, которое и было первоначально запланировано на 3 октября. Второе заседание было посвященно рассмотрению протеста защиты на обоснованность содержания Игоря Сутягина под стражей в период ознакомления с материалами дела (то есть после 8 октября 2002 г.). 4 октября 2002 г. суд объявил о своем решении--Игорь остается в тюрьме. Защита уже подала протест на это решение суда.
В конце июня дело Игоря Сутягина было передано в ведение следственного управления ФСБ в Москве. Представители следственного отделения калужской ФСБ, которое вело расследование на протяжении 15 месяцев, отстранены от руководства следствием. 27 июня 2002 г. Игорь Сутягин был переведен в следственный изолятор ФСБ в Лефортово, в Москве.
По мнению защиты Сутягина, перевод дела в Москву связан с тем, что ФСБ рассчитывает, что ее неспособность предъявить в суде какие-либо доказательства вины Сутягина будет скомпенсирована дополнительным давлением на суд, которое будет оказывать факт участия центрального аппарата ФСБ в расследовании дела. Кроме этого, ФСБ получает возможность перенести судебное заседание в Мосгорсуд, который уже неоднократно на практике демонстрировал свою готовность выносить обвинительные приговоры в инициированных ФСБ "шпионских процессах".
Установленный законом максимальный срок содержания под стражей в ходе предварительного следствия, 18 месяцев (в этот срок не входит время рассмотрения дела в суде), истечет в начале октября 2002 г. По оценке защиты Сутягина, ФСБ сделает все возможное для того, чтобы завершить следствие к этому времени, так как содержание Сутягина под стражей является очень эффективным средством давления на суд и общественное мнение. Ожидается, что новое судебное заседание начнется в октябре-ноябре 2002 г.
Калужская ФСБ получила дело, направленное судом для дополнительного расследования. Следствие по всей видимости продлится до начала сентября 2002 г. и будет передано в суд в октябре 2002 г.
Защита намерена опротестовать решение коллегии Верховного суда в Президиуме Верховного суда.
Коллегия ВС РФ в составе судей
Своим определением, вынесенным 27 декабря 2001 г., Калужский областной суд направил дело Игоря Сутягина, сотрудника Института США и Канады, обвиняемого ФСБ в государственной измене, на доследование. При этом суд оставил Игоря Сутягина под стражей.
В соответствии с действующим российским законодательством, единственная причина, по которой суд правомочен принимать решение о направлении дела на доследование, заключается в существенном нарушении права обвиняемого на защиту. Именно на эту причину сослался суд, указав в своем определении, что в ходе предварительного следствия по делу Сутягина были допущены "существенные нарушения" уголовно-процессуального закона, которые повлекли "стеснение прав обвиняемого на защиту, которое гарантируется статьей 46 Уголовно-процессуального кодекса".
В своем определении суд фактически признал, что обвинения против Игоря Сутягина не основаны на фактах и не имеют законных оснований. В частности, «обвинения не были конкретизированы,» «следствие не указало, какие конкретно сведения Сутягин, по версии обвинения, хранил и передавал по заданию иностранной разведки в ущерб безопасности России.» Согласно определению суда, «следствие не проверило должным образом доводы Сутягина, утверждавшего, что переданные им иностранным гражданам сведения он почерпнул из открытой печати - газет и журналов.» Суд отметил, что «при проведении экспертиз степени секретности документов также были допущены нарушения закона. При анализе документов эксперты использовали перечень сведений, подлежащих засекречиванию в Вооруженных силах РФ. Этот перечень, утвержденный приказом министра обороны РФ, не прошел государственную регистрацию.»
Другими словами, суд в своем определении признал, что обвинения против Игоря Сутягина были сфабрикованы. В нормальной ситуации, подобное заключение суда должно было означать немедленное оправдание и освобождение обвиняемого. Калужский же суд не только предоставил ФСБ возможность продолжать «существенные нарушения уголовно-процессуального закона,» но и отказался освободить Сутягина, «стеснив» в очередной раз, теперь уже своим решением, его право на собственную защиту.
Калужская ФСБ потратила год на попытки доказать вину Сутягина (это не считая нескольких лет, в течение которых ФСБ прослушивала его разговоры с помощью «жучков», установленных у него в квартире и во всех мыслимых телефонах). Все, что ей удалось—это собрать «неконкретное обвинение», которое, по признанию суда, не подкреплено достаточными доказательствами. Совершенно непонятно почему Сутягин должен оставаться в тюрьме, расплачиваясь за безграмотность следователей ФСБ и допущенные ими нарушения.
Защита намерена обжаловать сегодняшнее определение калужского суда в Верховном Суде РФ, настаивая на полном оправдании Игоря Сутягина.
За это время суд, очевидно, планирует подготовить приговор. 25 декабря Сутягину представят возможность выступить с последним обращением к суду. Приговор, видимо, планируется объявить до Нового года. Защита настаивала на том, что ФСБ не удалось представить абсолютно никаких доказательств того, что Сутягин мог предполагать, что сведения, опубликованные в открытой печати и том числе в многочисленных газетах, журналах и книгах, издаваемых Министерством обороны, могут быть секретными. Соответственно, сбор таких сведений и их распространение не могли принести никакого ущерба. Заключения экспертов Минобороны, якобы свидетельствующие о том, что сведения, почерпнутые Сутягиным из газет, являются секретными, могут говорить только о том, что Министерство обороны не должно было публиковать эти сведения в открытых источниках. Каким образом Сутягин может нести ответственность за то, что Минобороны разглашает секреты, эксперты (многие из которых, кстати, как раз и несут ответственность за недопущение разглашения) объяснить не могли. Все до одного заключения экспертов основаны на Приказе No. 55 по Министерству обороны, который является секретным документом. Сутягин, как человек не имеющий допуска к гостайне, никак не мог знать содержания этого приказа. Более того, секретность Приказа No. 55 означала, что ему (как и любому человеку, не имеющему допуска) было запрещено с ним знакомиться. Использование секретных законов и указов для преследования граждан или ограничения их свобол прямо запрещено Конституцией России (см. ст. 15.3). Эта позиция была в очередной раз подтверждена Верховным судом России, который в своем решении 6 ноября 2001 г. объявил о том, что Приказ No. 55 не можут применяться, поскольку не был опубликован и не был должным образом зарегистрирован. Решение ВС подвержает позицию, которую защита Сутягина занимала с самого начала и которую обвинение и суд до сих пор демонстративно игнорировали--обвинение против Сутягина незаконно и дело против него никогда не должно было быть возбуждено.
После возобновления судебного заседания 29 октября, Игорь Сутягин и его защита сделали ряд заявлений. В частности, выяснилось, что человек, выдававший себя суду за эксперта-психолога, преподающего в Академии народного хозяйства, таковым не является. В Академии нет никаких свидетельств того, что этот "эксперт" там когда-либо работал. В итоге, справка о том, что он когда-то якобы читал там лекции на общественных началах, была представлена, но не Академией, а калужской ФСБ.
Впрочем, прокурор в своей обвинительной речи даже и не пытался каким-то образом ответить на многочисленные вопросы по поводу обоснованности обвинения, которые возникли в суде. В действительности, непонятно зачем прокурор запрашивал пять недель на подготовку речи, так как он просто зачитал вслух обвинительное заключение, подготовленное ФСБ год тому назад. В конце выступления прокурор призвал суд приговорить Игоря Сутягина к 14 годам лишения свободы.
Защита запросила у суда неделю на подготовку ответного выступления. Судебное заседание возобновится 12 ноября.
В судебном заседании объявлен перерыв до 29 октября. Об этом 21 сентября объявил председательствующий на процессе, судья А. А. Гусев. К этому моменту суд завершил судебное следствие в ходе которого были рассмотрены материалы дела и заслушаны свидетели. Следующая стадия процесса—прения сторон—начнется 29 октября.
Длительный перерыв в судебном заседании связан с просьбой прокурора, представляющего обвинение, который запросил пять недель на подготовку обвинительной речи. По мнению защиты Сутягина, просьба прокурора связана с тем, что ему фактически заново придется изобретать доводы в пользу вины Сутягина. В ходе судебного следствия было выяснено, что никаких доказательств вины Сутягина ФСБ представить не удалось. Обвинение целиком базируется на суждениях и мнениях различных экспертов ФСБ и Министерства обороны, практически ничем не подкрепленных (подробнее об этом >>).
Абсолютно все заключения о степени секретности сведений, которые делали эксперты, базировались на Приказе Министра обороны No. 55, который устанавливает перечень сведений, подлежащих засекречиванию (отметим, что не далее как 12 сентября 2001 г. Верховный суд РФ отменил ряд положений этого приказа, как не соответствующих российскому законодательству). При этом сам приказ является совершенно секретным и ни обвинение ни кто-либо из экспертов не смогли объяснить каким образом Сутягин, черпая сведения из открытой печати, мог судить о том какие из них являются гостайной, а какие—нет.
Показательно, что Игорю Сутягину было отказано в ознакомлении с самим Приказом No. 55, на основании которого его обвиняют в шпионаже. Ему даже не были продемонстрированы те положения приказа, на которые ссылались в своих заключениях эксперты (суд ограничился зачитыванием выдержек из приказа вслух). Что это как не издевательство над юстицией и здравым смыслом?
Перед началом заседания 14 августа стало ясно, что Игорь Сутягин весьма серьезно простыл и не сможет участвовать в заседании суда. Защита попросила суд вызвать врача, который смог бы осмотреть Игоря и дать ему лекарство. Суд отказал в этой просьбе, ограничившись письмом в следственный изолятор, в котором суд просит врача СИЗО осмотреть Сутягина. После осмотра врач диагностировал у Игоря острую респираторную вирусную инфекцию. После того как соответствующая справка была представлена суду, тот объявил перерыв в рассмотрении дела. Напомним, что конвой ФСБ больше месяца тому назад запретил адвокатам передавать Игорю какие бы то ни было лекарства или витамины.
Судебный процесс над Игорем Сутягиным, научным сотрудником Института США и Канады, которого ФСБ обвиняет в государственной измене в форме шпионажа, по всей видимости завершится в течение ближайших двух недель. Суд в настоящее время заслушивает свидетелей защиты. Свидетели обвинения, выступившие до этого в суде, не представили никаких доказательств того, что Сутягин мог обладать доступом к секретным документам или того, что фирма, в сотрудничестве с которой его обвиняют, могла иметь отношение к какой-либо разведке. Все доказательства сводятся к "экспертным заключениям" весьма сомнительного качества.
Как и следовало ожидать, ФСБ целиком построила дело против Сутягина на утверждениях о том, что он обладал сведениями, составляющими государственную тайну. Поскольку ФСБ не может отрицать того обстоятельства, что Игорь Сутягин не имел доступа к секретным сведениям, обвинение целиком строится на заключениях экспертов Министерства обороны, некоторые из которых (следует отметить, что далеко не все) утверждают, что в информации, которую Сутягин передавал британской консалтинговой фирме, содержится гостайна.
Законность использования подобных экспертиз вызывает самые серьезные сомнения, так как все свои заключения эксперты делали на основании закрытых перечней секретных сведений, к которым Сутягин допуска или доступа не имел, а следовательно о степени секретности каких-либо сведений судить не мог. Ни один из экспертов не смог указать пунктов открытых указов или законов на основании которых он расценил как государственную тайну данные, целиком и полностью взятые Сутягиным из открытой печати
Практика использования закрытых подзаконных актов при вынесении заключения о секретности сведений уже была однажды признана незаконной--при рассмотрении дела Александра Никитина. Несмотря на это, ФСБ продолжает ее использовать, что неудивительно, поскольку никаких других способов доказать "секретность" сведений, которыми обладал Игорь Сутягин, у нее нет.
Один из "экспертов", представитель РВСН Стрельников, продолжал настаивать на том, что Сутягин не мог почерпнуть приводимую им информацию в открытых источниках, даже после того как ему в суде были предъявлены газетные вырезки, содержащие ту самую информацию. Другой "эксперт", представитель ВМФ Якутов, также заявил, что данные, которые приводит Сутягин, не могли быть взяты им из открытой литературы. Но тут же Якутов был вынужден признать, что не изучал англоязычную литературу и целый ряд российских источников. Как в этом случае он может утверждать, что данные, о которых идет речь, не содержатся в источниках, которые он не смог прочитать, Якутов объяснить не смог.
Вопрос о наличии или отсутствии секретных сведений в статьях и работах Игоря Сутягина в действительности не должен играть никакой роли в деле до тех пор пока обвинение не укажет на те секретные документы, из которых Сутягин брал данные для своих работ, или не предъявит конкретных людей, которые сообщали ему секретные сведения. Ни того ни другого обвинению предъявить не удалось.
Прокурор предпринял попытку утверждать, что Сутягин мог узнавать секретные сведения во время лекций, которые он на протяжении трех лет читал в Обнинском центре переподготовки. Но абсолютно все сотрудники и слушатели этого центра, допрошенные судом, утверждали, что никаких вопросов по российскому вооружению Сутягин им не задавал и ни к каким секретным материалам в Центре доступа иметь не мог. ФСБ, в результате, ссылается на то, что информацию Сутягин черпал из "неустановленных источников" или предлагает теории, согласно которым Игорь мог узнавать секретные характеристики российских вооружений "по характеру вопросов, задаваемых ему слушателями."
Представители ФСБ неоднократно утверждали, что вопрос о секретности сведений, передавашихся Сутягиным британской консалтинговой фирме "Альтернатив фьючерз", для квалификации его действий значения не имеет, так как у ФСБ якобы есть сведения, которые говорят о принадлежности этой фирмы к разведке. Эти сведения, представленные на заседании суда 9 и 10 августа, оказались результатами экспертизы, проведенной одним из НИИ ФСБ. Эксперт Семенов утверждал, что проведенный им анализ различных признаков, характерных для поведения сотрудников фирмы, убеждает его в том, что эта фирма сотрудничает с разведкой. При этом в ходе допроса эксперт признал, что как каждый из этих признаков так и все они вместе допускают двойное толкование--с таким же успехом они могут свидетельствовать о том, что упомянутая фирма была обычным коммерческим предприятием. По сообщению "Красной звезды" эксперт ФСБ Семенов признал также, что даже если эта фирма была связана с разведкой, Сутягин мог об этом ничего не подозревать. В качестве единственного "решающего" аргумента принадлежности "Альтернатив фьючерз" к разведке, эксперт назвал якобы секретный характер сведений, которые ей передавал Сутягин.
Тот факт, что единственным "доказательством" разведывательного характера деятельности "Альтернатив фьючерз" является заключение эксперта ФСБ, уже полностью обесценивает заявления ФСБ о том, что у ей якобы известно о том, что эта фирма была "прикрытием" для некоей разведки. Если же учесть, что единственным основанием для экспертного заключения ФСБ стал якобы секретный характер передаваемых Сутягиным сведений, то становится очевидно, что дело, которое ФСБ возбудило против Игоря Сутягина, целиком построено на том, что одна ложь (наличие у него секретных сведений) используется для построения другой (принадлежность фирмы, с которой он работал, к разведке).
Кроме этого, в ходе процесса выяснилось, что ФСБ не в состоянии даже должным образом сфабриковать дело. Акты многих экспертиз весьма противоречивы, грешать неточностями и искажениями. В ходе судебного заседания эксперты неоднократно были вынуждены признавать ошибочность оценок, записанных ими в актах экспертиз.
Суд откладывается до 17 июля Судья калужского областного суда Александр Гусев объявил перерыв в судебном заседании до 17 июля. Ни защита ни обвинение не заявляли ходатайств с просьбой о перерыве. Судья никак не мотивировал свое решение.
ФСБ оказывает давление на Игоря Сутягина и на суд В последние дни перед объявлением перерыва ФСБ предприняла ряд мер, которые не могут быть расценены иначе как давление на Игоря Сутягина и на суд. Первой такой мерой стал запрет на общение с адвокатами. Конвой ФСБ стал запрещать Игорю Сутягину разговаривать с адвокатами до начала судебного заседания и в его перерывах. Судья не смог и не захотел поставить ФСБ на место и установил порядок, согласно которому Игорь Сутягин обязан получать разрешение судьи на общение со своими защитниками.
Вторым, довольно жестоким шагом, предпринятым ФСБ и одобренным судьей, стал запрет на передачу Игорю витаминов и каких-либо лекарств. До недавнего времени защита регулярно передавала Игорю витамины для поддержания его здоровья, подорванного 18-месячным пребыванием в следственном изоляторе. Сейчас эти передачи запрещены.
ФСБ переходит к фабрикации документов дела Как выяснилось, одним из основных документов, на которых ФСБ строит свое обвинение ФСБ, является статья о противоракетной обороне Москвы, написанная Игорем Сутягиным летом 1999 г. по просьбе полковника ФСБ Агеева, курирующего Институт США и Канады. Именно эта статья, которая никогда не покидала пределов ФСБ, стала частью обвинения в шпионаже, предъявленного Игорю Сутягину.
Ситуация со статьей, написанной для полковника ФСБ, которая положена в основу обвинения в шпионаже, абсурдна сама по себе, даже если не принимать во внимание тот факт, что статья целиком основана на открыто опубликованной информации. Тем не менее, ФСБ смогла сделать ситуацию еще более абсурдной. Документ, представленный суду в качестве упомянутой статьи, очевидным образом отличается от копии статьи, которая находилась в деле во время следствия. Бумага, представленная ФСБ суду, как минимум напечатана на другом принтере и другим шрифтом. Пока неясно, внесла ли ФСБ какие-либо "поправки" в текст документа, но учитывая существующую практику ФСБ (например, на явном подлоге построено дело Моисеева, с подложным переводом аудиозаписи приходилось сталкиваться и в деле Сутягина), исключать этого никак нельзя.
Из-за болезни адвоката, которая оказалась серьезной, субадное заседание откладывалось 27 марта, а затем и 24 апреля. Оно возобновилось 24 мая.
Верховный суд выносит незаконное решение 7 февраля 2001 г. состоялось заседание Верховного суда РФ, на котором была рассмотрена жалоба защиты Игоря Сутягина. Защита протестовала против решения судьи калужского областного суда Гусева отказать в вызове дополнительных свидетелей по делу. Решение отказать в вызове свидетелей противоречит статье 223 УПК. К удивлению защиты, Верховный суд оставил решение судьи Гусева в силе несмотря на его абсолютно незаконный характер. Вы можете сами убедиться в незаконности решений калужского суда и Верховного суда РФ.
На заседании, состоявшемся 9 января, суд удовлетворил очередную просьбу защиты о предоставлении отсрочки. Она необходима для того, чтобы подробнее ознакомиться с делом.
Представители ФСБ заявили, что Игорь Сутягин обвиняется в том, что сотрудничал с компанией Alternative Futures. В то же время, ФСБ не смогла дать ответа почему такое сотрудничество должно считаться государственной изменой. Ни одного факта, который бы свидетельствовал о том, что работа Игоря Сутягина с Alternative Futures является чем-то противозаконным, ФСБ представить не смогла. Что не удивительно, так как таких фактов не существует. Все, что у ФСБ есть--это ничем не подкрепленные домыслы.
На первом заседании, состоявшемся 26 декабря, суд удовлетворил просьбу защиты о введении в дело второго адвоката. Защита попросила отсрочку для того, чтобы подробнее ознакомиться с делом.
В сообщении для прессы, которое ФСБ распространила в связи с началом судебного процесса через государственное агентство ИТАР-ТАСС, ФСБ утверждает, что Сутягин якобы "имел доступ к закрытым сведениям о структуре и оперативной деятельности стратегических ядерных сил, системах боевого управления и связи." Это откровенная ложь и ФСБ знает это. Игорь Сутягин никогда не имел доступа к "закрытым" сведениям.
Спустя почти семь недель после поступления дела в суд и более, чем на месяц позже срока, предусмотреного законом, судья объявил о назначении даты судебного заседания. Суд начнется 26 декабря 2000 г. в Калужском областном суде.
Прошло уже больше шести недель с момента поступления дела в Калужский областной суд. Дата начала слушаний не определена. В то же время, закон требует, чтобы дата судебного заседания была назначена не позднее, чем через 14 дней после поступления дела в суд.
В ходе пресс-конференции адвокаты Игоря Сутягина рассказали о том, что обвинение строится исключительно на домыслах сотрудников ФСБ. Защита после ознакомления с материалами дела немедленно направила ходатайство о прекращении дела за отсутствием в действиях Игоря состава преступления.
Прошло уже три недели с момента поступления дела в Калужский областной суд. Дата начала слушаний не определена.
Институт США и Канады выделил Игорю Сутягину общественного защитника.
Следователи ФСБ использовали практически все возможности для затягивания срока следствия. Дело передано в Калужский областной суд в последний день--ровно через год после возбуждения дела.
26 сентября 2000 г., через одиннадцать месяцев после открытия дела, калужское отделение ФСБ объявило об окончании следствия. Игорю Сутягину будет предъявлено обвинение и он сможет начать знакомство с материалами дела. В то же время, заместитель Генерального прокурора в очередной раз позволил ФСБ продлить срок следствия (на этот раз до 26 октября), а следовательно и содержания Игоря Сутягина в следственном изоляторе.
25 сентября ФСБ вернула семье Игоря Сутягина материалы, изъятые во время обыска, оставив себе некоторые бумаги и два компьютера.
Генеральная прокуратура в очередной раз удовлетворила ходатайство ФСБ о продлении срока следствия. На этот раз следствие продлено до 26 сентября 2000 г. Игорь Сутягин продолжает оставаться в следственном изоляторе г. Калуги.
ФСБ обнародовала информацию о том, что Игоря Сутягина собираются обвинить в преступлении, не предусмотренном Уголовным кодексом РФ. В интервью, которое директор Института США и Канады С. М. Рогов дал Независимой газете, он сообщил, что "мы получили разъяснение [следствия], что Игоря обвиняют в передаче иностранным представителям информации в ущерб безопасности России." Очевидно, что ФСБ пыталась убедить С. М. Рогова в том, что "согласно отечественному законодательству передача каких-либо сведений представителям иностранных организаций за денежное вознаграждение подпадает под эту статью [275 ст. УК РФ о государственной измене], даже если эта информация не содержит государственной тайны." Как несложно понять, в действительности ничего подобного 275 статья УК РФ не содержит.
В г. Калуге состоялось судебное заседание, на котором рассматривалась жалоба И. Сутягина на продление срока следствия и содержания под стражей. Судья оставила в силе решение заместителя Генерального прокурора, который удовлетворил просьбу ФСБ о продлении срока следствия. Игорь Сутягин остается под стражей.
Рязанской общество Мемориал и Рязанская Хельсинкская группа открыли страницу в сети, посвященную делу Сутягина. Родственники Игоря также открыли сетевую страницу с информацией о деле.
Стало известно, что ФСБ расследует роль И. Сутягина в исследовательском проекте, посвященном изучению военно-гражданских отношений, осуществлявшемся канадскими университетами. Канадские ученые считают такой поворот событий "абсурдным".
Заместитель Генерального прокурора А. А. Розанов удовлетворил ходатайство ФСБ о продлении срока следствия на три месяца. В соответствии с российским законодательством, заместитель генпрокурора имеет право продлить срок следствия на шесть месяцев. После этого вопрос о продлении срока должен будет решаться Генеральным прокурором.
Игорю Сутягину предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного статьей 275 УК РФ (Государственная измена). Эта статья предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком от 12 до 20 лет.
В тот же день Джошуа Хэндлер был вынужден покинуть Москву. Это стало результатом "скоординированных" усилий ФСБ и Генерального консула США. ФСБ устроила открытую слежку за Джошуа, а генконсул США в очень резких выражениях рекомендовала Джошуа покинуть Россию.
Сотрудники ФСБ провели повторный обыск в офисе Павла Подвига. Этот обыск по всей видимости являлся лишь продолжением обыска, начатого 27 октября. Так, в ходе обыска сотрудники ФСБ изъяли копии книги "Стратегическое ядерное вооружение России", опечатанные в ходе первого обыска.
Вечером 29 октября Игорь Сутягин был арестован как подозреваемый в государственной измене и переведен в Калугу. До этого момента Игорь находился в отделении ФСБ в Обнинске, где он допрашивался как свидетель по делу о разглашении государственной тайны.
Несмотря на то, что до вечера 29 октября Игорь Сутягин не был арестован, сотрудники ФСБ не позволяли ему покидать их офис ("настоятельно не советуя" этого делать). Помимо прочего, подобный способ задержания позволял ФСБ в течение трех дней вести допросы в отсутствии адвоката. В то же время, сотрудники ФСБ разрешили Игорю позвонить родственникам и друзьям.
В 8 часов утра в квартире Игоря Сутягина в Обнинске появились сотрудники калужского отделения Федеральной службы безопасности (ФСБ). После предъявления ордера, они начали обыск, который продолжался практически весь день.
Игорь Сутягин был препровожден в обнинское отделение ФСБ, где он был допрошен как свидетель по делу №52 о разглашении государственной тайны. Необходимо отметить, что в тот момент Игорь не был арестован и ему не было предъявлено никаких обвинений.
Во второй половине того же дня сотрудники ФСБ начали обыски в офисе Игоря Сутягина в Институте США и Канады, на квартире Джошуа Хэндлера и в офисе Павла Подвига. Эти обыски были, по всей видимости, скоординированы так как все они были начаты около 16:30.
Джошуа Хэндлер--американский исследователь, который находился в Москве с июля 1999 г. в рамках программы академического обмена между Институтом США и Канады и Принстонским университетом, аспирантом которого Джошуа является. Игорь Сутягин участвовал в обеспечении визита Джошуа Хэндлера.
Во время обыска на квартире Джошуа Хэндлера, продолжавшегося более 7 часов, сотрудники ФСБ изъяли компьютер, дискеты, рабочие материалы. Хотя сотрудники ФСБ и задавали вопросы, Джошуа не был допрошен и никаких обвинений ему не было предъявлено.
Павел Подвиг, в офисе которого также был произведен обыск,--российский гражданин, научный сотрудник Центра по изучению проблем разоружения. Павел Подвиг являлся редактором книги "Стратегическое ядерное вооружение России", которая была опубликована в октябре 1998 г. Игорь Сутягин являлся одним из авторов этой книги.
Во время обыска в офисе Павла Подвига, сотрудники ФСБ изъяли рабочие материалы и принадлежащие Центру компьютеры. Кроме этого, сотрудники ФСБ опечатали все находившиеся в Центре копии книги "Стратегическое ядерное вооружение России". После завершения обыска в офисе, сотрудники ФСБ провели обыск на квартире Павла Подвига.
***